Имя себе Предраг Ранджелович сделал в России. Играя в Югославии, он не достигал особых высот, не выступал в звездных командах. В середине 1999 года Ранджелович решил попытать счастья в России. И уже в скором времени стал основным нападающим "Анжи". А не так давно глаз на форварда положил столичный ЦСКА. Ранджелович надеется, что, играя в армейском клубе, он попадет на заметку тренерам сборной Югославии.

КУМИРАМИ ДЕТСТВА БЫЛИ СТОЙКОВИЧ И ВАН БАСТЕН

— Родом я из небольшого городка Ниш, — рассказывает Ранджелович. — В местной команде и начал серьезно заниматься футболом. Прошел все ступени — от детской школы до основного состава. И всегда играл исключительно в атаке. Почему? Очень уж любил голы забивать. Несколько раз становился лучшим бомбардиром в своей команде. Личный рекорд — 43 гола за сезон. Это было, когда я играл за юношей. Кумиром детства был Драган Стойкович. Он ведь тоже родом из Ниша. Прекрасный нападающий. А еще мне очень нравился ван Бастен. На поле он был само изящество. Мне всегда хотелось в чем-то походить на него. Я ведь тоже люблю забивать красиво.

— А болели в детстве за кого?

— За армейцев. Только не за московских, конечно, а за наших, югославских (улыбается). За "Црвену Звезду". В детстве я мечтал попасть в эту команду. Как, впрочем, и большинство моих сверстников.

— Наверное, мечтали и о сборной?

— Разумеется. Я и сейчас не оставляю надежд туда попасть. Мне 25 лет, расцвет сил для футболиста. Надо дерзать. В прошлом году мне звонили из сборной, интересовались, как поживаю. Но до конкретного приглашения дело так и не дошло. Впрочем, не расстраиваюсь. Прекрасно понимаю: чтобы попасть в сборную, надо зарекомендовать себя на серьезном уровне. Именно поэтому и перешел из "Анжи" в ЦСКА. Здесь у меня больше шансов как следует себя проявить. Как знать, может, мой знакомый Деян Савичевич когда-нибудь позовет меня к себе в сборную.

— Ваш знакомый?

— Именно. Впервые мы с ним встретились в прошлом году в Испании. "Анжи" проводил там предсезонные сборы. А Деян приехал туда вместе со своей командой — "Рапидом". Тогда мы очень хорошо посидели, пообщались. Савичевич — отличный человек! Никакого намека на "звездность". А вдобавок у Деяна прекрасное чувство юмора. Общаться с ним одно удовольствие. Когда Россия играла с Югославией в "Лужниках", не мог упустить возможность снова встретиться с Деяном. Перед матчем я побывал в гостинице, где жила команда. А заодно пообщался с другими ребятами, которых знаю, — Кежманом, Друличем.

— Югославия попадет на чемпионат мира?

— Обязательно. Первое место вы нам, правда, не отдадите (улыбается). Но вот вторая строчка обязательно будет нашей.

ПОСЛЕ ПОРАЖЕНИЯ В КУБКЕ ХОТЕЛ БРОСИТЬ ФУТБОЛ

Первым клубом Ранджеловича в России вполне мог стать не "Анжи", а московское "Торпедо". В середине 1999 года футболист покинул страну, в которой началась война, и отправился искать счастья за рубежом. В "Торпедо" он попал через известного в прошлом вратаря Алексея Прудникова, который искал для команды Виталия Шевченко нападающих. Однако дела в составе черно-белых у Ранджеловича не заладились. Столичному клубу показалась слишком высокой трансферная сумма, которую просили за игрока. Пробыв в Москве всего неделю, он покинул Россию. И тут раздался звонок из Махачкалы.

— Поначалу я и слышать не хотел о переходе в "Анжи", — говорит Ранджелович. — Одно дело — Москва, и совсем другое — Дагестан. Там и до Чечни недалеко. Но меня убедили. Убедил Лазо Липоски, который тогда был в "Анжи" голкипером, а сейчас является тренером вратарей. За что хочу сказать ему огромное спасибо. С "Анжи" у меня связаны очень теплые воспоминания. Россия узнала футболиста Ранджеловича именно по игре в Махачкале. Незабываемые впечатления остались от победного сезона в первом дивизионе. Тем более это именно я тогда забил решающий гол "Соколу", который обеспечил нам место в элите.

— Когда дебютировали в "Анжи", как у вас было с русским?

— Абсолютно никак. Я вообще не знал вашего языка. На первых порах мне помогали Рахимич и Липоски. Лазо вообще опекал меня как ребенка. Во всем помогал.

— На первых порах тяжело пришлось?

— Конечно. Думал, как же я далеко оторвался от дома! Жара под 40 градусов, телефонов в гостинице нет — ни позвонить, ни поговорить. Югославские журналисты тогда вообще недоумевали: что это за "Анжи" такая! Потом, правда, когда мы вышли в высшую лигу, ко мне стали довольно часто обращаться за интервью. Чуть ли не каждую неделю появлялась информация о моих успехах.

— Тот сезон и у вас, и у "Анжи" действительно получился великолепным.

— Не говорите! Болельщики просто молились на команду. Эх, если бы не эта нелепая концовка! Ну никак я не могу понять, почему нам так не везет?! Бронзу упустили на последних секундах, Кубок вот тоже. Когда проиграли "Локомотиву", какие мысли только в голове не мелькали. Думал вообще закончить с футболом. Так обидно было. Потом, правда, немного остыл. Но все равно горечь от той неудачи сидит во мне до сих пор.

— А чего в вашей футбольной жизни пока больше — радостей или разочарований?

— Поровну. Надеюсь, что с переходом в ЦСКА эти пропорции изменятся. В лучшую, конечно, сторону.

БУРКА И КИНЖАЛ - НА ПАМЯТЬ ОБ "АНЖИ"

— Не жалко было покидать Махачкалу?

— Конечно, жалко. Нас там очень любили. И меня в том числе. Такой широты души, как в Дагестане, я нигде не встречал. После побед нас просто заваливали подарками. Мне как-то вручили бурку и кинжал — все как у джигита. А один фанат презентовал мне мяч с автографами футболистов немецкого "Шальке". Болельщики очень просили: не уезжай! Но они должны понять — такова футбольная жизнь. Мне надо расти.

— Не стала ли одной из причин ухода из "Анжи" запутанная ситуация с главным тренером?

— Да никакая она не запутанная! Бышовец просто помогал своему старому другу. Когда Гаджиев был в команде, именно он давал установку на игру. Когда его не было, всем процессом руководил Бышовец.

— Указания тренеров никогда не пересекались?

— Нет. Ни разу не было, чтобы один, к примеру, говорил, беги вперед, а другой — беги назад.

— То есть эта ситуация с двумя тренерами абсолютно не нервировала вас?

— Ни в коей мере. Шумиха больше поднималась через газеты. А мы не чувствовали, что в команде что-то не так.

— И все-таки в этом году дела у команды складываются не так успешно, как в прошлом. Да и у вас прицел, похоже, сбился.

— Да, год назад забивал больше. Но что поделаешь, травмы замучили. Сыграю три-четыре матча и выхожу из строя. Никак не попаду в ритм. Но два мяча я все же забил, причем в очень важных играх — "Локомотиву" в чемпионате и "Крыльям" в полуфинале Кубка. Что касается команды, то ей в этом сезоне катастрофически не везет. Тому же ЦСКА в Москве проиграли, пропустив на последней минуте. Ну а про Кубок и говорить лишний раз не хочется. Тем более в этой игре я получил травму и снова выбыл из строя. Так, по сути, и не попрощался с махачкалинскими болельщиками.

— Как, думаете, они вас встретят, когда вы приедете в гости к "Анжи" вместе с ЦСКА?

— Ох, не знаю. Очень надеюсь, что не свистом. Верю, болельщики понимают мотивы моего ухода.

ЦСКА ПРЕДПОЧЕЛ БУНДЕСЛИГЕ

— Когда ЦСКА впервые заинтересовался вами?

— Это было еще до начала чемпионата. Правда, тогда клубам договориться не удалось. Потом из ЦСКА мне позвонили в мае — сначала вице-президент, а потом и президент. Я ответил, что был бы не против перехода в армейский клуб.

— Вами и Рахимичем ЦСКА заинтересовался одновременно?

— Да. Я, конечно, хотел, чтобы Элвер перешел вместе со мной — все-таки два года вместе отыграли. Но если бы меня пригласили одного, на моем решении это бы не сказалось.

— Кроме ЦСКА другие варианты продолжения карьеры были?

— Были. Причем и в России, и за рубежом. За границей у меня было два варианта — один в Германии, другой во Франции. Но я предпочел перейти в ЦСКА.

— Почему?

— Заграничные варианты были очень неконкретными. Меня собирались сначала просмотреть, а уже затем решить, подойду я им или нет. А в ЦСКА все было ясно и четко. И я дал обещание руководителям армейского клуба, что перейду к ним. А слово надо держать. Сначала я подписал предварительное соглашение с ЦСКА, а уже затем — полноценный контракт на три года.

— Конкуренция не пугает?

— Нисколько. Она, наоборот, стимулирует. Я надеюсь, что завоюю место в основном составе ЦСКА.

— А сколько мячей рассчитываете забить в этом году?

— Если по окончании сезона на моем счету будет значиться 10 голов, я останусь доволен. Вообще же нормальная планка для нападающего в России — 20 мячей за сезон.

— В "Анжи" иногда вас использовали не на острие атаки, а чуть в глубине. Где вам играть удобнее?

— Без разницы. В Югославии я, правда, играл только выдвинутым форвардом. Но Гаджиев решил, что от меня будет польза и на позиции "под нападающими". Да, я люблю забивать мячи. Но раздавать передачи мне нравится тоже.

— Для форварда очень многое значит уверенность в себе. У вас бывают периоды, когда она пропадает?

— Не без этого. Но профессионал обязан быстро выходить из депрессивного состояния. Надо с удвоенной энергией работать на тренировках, тогда уверенность вернется. Я стараюсь в себе не замыкаться.

ПОЙДУ НА МОСКВУ-РЕКУ БИТЬ РЫБОЛОВНЫЕ РЕКОРДЫ

— У вас большая семья?

— Жена и двое сыновей. Одному шесть лет, другому — полтора. Скоро приедут в Москву.

— Сыновья пойдут по стопам отца?

— Старший — наверняка. Он уже сейчас любит возиться с мячом. Впрочем, я не собираюсь заставлять своих детей заниматься футболом. Просто хочу, чтобы они выросли сильными и здоровыми. Поэтому они должны заниматься спортом, пусть и не на профессиональном уровне.

— Родные следят за вашими выступлениями в России?

— Отец наблюдает. Недавно купил себе спутниковую тарелку и смотрит матчи чемпионата России с моим участием. Он у меня — фанат футбола. Все чемпионаты пересмотрел.

— В Махачкале жена или родители гостили?

— Нет. Там постоянно сборы, тренировки, переезды. Занимаемся то в Махачкале, то в Новогорске. Какой смысл в такой ситуации приезжать? Хотя я, конечно, очень скучал без родных. Хорошо, Гаджиев относился к этой ситуации с пониманием. Давал возможность повидаться с семьей и не закрепощал. Допустим, собирается команда 4-го числа, а он говорит: "Ничего страшного, приезжайте 5-го".

— Как в Махачкале отдыхали от футбола?

— Вместе с командой собирались на шашлыки. Это блюдо я очень полюбил. А иногда выезжали на охоту или ходили на рыбалку.

— Какой добычей можете похвастаться?

— Что касается охоты, то тут хвастать особо нечем. Я даже не стрелял ни в кого. Так, несколько раз пальнул в воздух. А вот рыбалку я люблю. Лучший улов — сом весом в 4 килограмма.

— В Москве собираетесь отдохнуть с удочкой?