Трагичная история Сергея Перхуна впервые заставила по-настоящему осознать, что слова "битва", "сражение", часто применяемые к футбольным матчам, могут быть не просто метафорами.

РОКОВОЕ МЕСТО

Никогда прежде в отечественном футболе травма, полученная игроком в ходе обычного столкновения, не приводила к летальному исходу. Вспоминается только печальный случай с защитником сборной СССР Эдуардом Дубинским, который получил тяжелый перелом в матче с югославами на ЧМ-62. И хотя позже он нашел в себе силы вернуться в футбол, говорят, что именно та травма стала причиной его скоропостижной смерти в 1969 году. Дубинскому было 34 года…

Перхун погиб в 23. Вся карьера была еще впереди. Так же, как она была впереди и у Анатолия Кожемякина, которому предрекали большое будущее. В 19 лет Кожемякин стал в составе московского "Динамо" финалистом Кубка кубков, в 20 был назван под номером один в списке "33 лучших". А в 21 стал жертвой нелепой трагедии, приключившейся в лифте. Это произошло 13 октября 1974 года.

Вся карьера была впереди у Михаила Еремина. Вот уж поистине роковая это работа — быть вратарем ЦСКА. Ровно за 10 лет до Перхуна Еремин всего на несколько часов пережил момент триумфа армейцев в финале Кубка, в котором сыграл не последнюю роль.

Телекамеры запечатлели тогда его беззаботную радость. Таким его и запомнили — со счастливой улыбкой на лице. А наутро средства массовой информации передали шокирующее сообщение: Еремин в больнице, и шансов выжить у него нет. После банкета, где, по словам товарищей, он выпил всего один бокал шампанского, Михаил ехал пассажиром на своей машине и попал в аварию. Столкновение было таким сильным, что он разбил головой лобовое стекло, и осколки проникли в мозг. Его доставили в реанимацию, сердце работало еще несколько часов…

"УЖ ЛУЧШЕ ПУСТЬ ОТКАЖУТ ТОРМОЗА…"

День 13 декабря 1982 года стал траурным для болельщиков футбола в нашей стране, и грузинских в особенности. Погиб Виталий Дараселия, один из плеяды замечательных игроков тбилисского "Динамо", выигравших в эффектном стиле Кубок кубков полутора годами ранее. Именно Дараселия забил тогда решающий гол в ворота "Карла Цейсса". Оставалось три минуты до конца основного времени, когда Виталий, разбросав финтами в разные стороны двух защитников, уложил мяч точно в угол.

В 1982 году он выступил на чемпионате мира, и казалось, что в 25 лет Дараселия еще не достиг своего пика. Увы, дорогу преградил крутой горный перевал. Никто не знает, как случилось это несчастье, да и точное место катастрофы сумели определить лишь через несколько дней, когда поисковая группа нашла остатки разбитой машины и безжизненное тело.

… В 1971 году софийский "Левски" отправлялся в Пловдив на матч с "Ботевом". Команда добиралась до места на автобусе, а две ее звезды, Николай Котков и Георгий Аспарухов, которые были на особом, привилегированном, положении, поехали своим ходом — на автомобиле "Альфа-Ромео", принадлежавшем Аспарухову.

Дорога проходила по извилистому шоссе. Когда машина с футболистами выезжала из-за поворота, дорогу ей перегородил бензовоз. Столкновения можно было бы избежать, если бы "Альфа-Ромео" не неслась на ураганной скорости. Как установила полиция, ее тормозной путь составил 40 метров, и этого все равно не хватило. Удар пришелся прямо в цистерну бензовоза, и ясно, что когда прибыла спасательная команда, от Аспарухова и Коткова остались одни головешки.

Болгарские власти опасались, что реакция людей на гибель двух популярных футболистов (в особенности это относилось к Аспарухову, который слыл чуть ли не народным героем) может быть непредсказуемой. Они попытались замолчать трагичный факт, и в газетах по этому поводу не появилось ни строчки. Несмотря на это, на похороны все равно пришло несколько тысяч человек. Болельщики обратились в футбольный союз с предложением сочинить песню в память о погибших. Но под нажимом правительства эта идея так и не была воплощена в жизнь.

… 21 декабря 1992 года еще одна автокатастрофа унесла жизни сразу двух молодых украинских футболистов — киевского динамовца Степана Бецы и игрока "Днепра" Алексея Сасько. Первый круг украинского чемпионата подошел к концу, футболисты были в отпуске, и Степан решил съездить в Днепропетровск.

Несчастье произошло, когда они с Сасько мчались по шоссе на "мерседесе" Бецы. За пару месяцев до этого, когда "Динамо" в матче Кубка УЕФА проигрывало в Вене "Рапиду" 1:3, в перерыве Беца сказал окружавшим его журналистам: "Леоненко забьет второй гол, а Яковенко заменят". Именно так все и получилось. Бецу с тех пор называли не иначе, как "пророк Степан". Только свою собственную судьбу он предвидеть не смог. "Мерседес" занесло на обледенелой дороге. Сасько скончался на месте, а Беца в больнице, не приходя в сознание.

Тот год, 1992-й, был високосным, а значит, по уверениям астрологов, совпадал с периодом повышенной опасности. Авария под Днепропетровском оказалась не единственной: летом разбился игрок волгоградского "Ротора" Олег Крушин.

… Мог ли предположить Николай Кудрицкий, отправляясь играть в Израиль, что никогда не вернется домой? Один из лучших бомбардиров и игроков тамошнего чемпионата, 15 марта 1994 года он поехал на встречу с земляками из сборной Украины, которые проводили товарищеский матч в Тель-Авиве. Ранним утром следующего дня Кудрицкий возвращался домой. Обгоняя на повороте грузовик, он на скорости 100 километров в час не справился с управлением и врезался в заграждение. Возможно, будь пристегнут ремень безопасности, Николай отделался бы ушибами, но его подвела беззаботность. Водителя вынесло через лобовое стекло, и он, ударившись виском о камень, умер на месте.

ПОЛЕ, КАК ЭЛЕКТРОПЛИТА

Восходящую звезду британского футбола начала 60-х годов Джона Уайта газеты называли "призраком полузащиты". Этот титул ему присвоили за изобретательную, хитроумную, порой не слишком бросавшуюся в глаза, но неустанную и обширную деятельность в центре поля. С 1959 года он выступал за "Тоттенхэм", в то время ведущий клуб Англии, и сборную Шотландии. Уайт внес немалый вклад в победу "Шпор" в чемпионате и Кубке Англии в 1961 году и выигрыш ими Кубка кубков.

Спустя три года, приехав однажды на тренировку, Уайт решил поиграть в гольф. Неожиданно разыгралась гроза, все бросились к зданиям спортбазы, а Уайт решил переждать под деревом. Он все еще сидел под ним неподвижно, когда через час гроза прекратилась. Служащие базы поняли, что произошло что-то неладное. Уайт был убит молнией. Без отца остались его двухлетняя дочь и шестимесячный сын.

Уайт — самая крупная (в плане профессиональной значимости) жертва небесного электрического разряда в истории футбола. Но не единственная. Около 20 лет назад в Голландии таким же образом погиб 21-летний сын известного голкипера Йонгблада. Как и отец, он готовился к вратарской карьере, и молния сразила его прямо во время матча.

Буквально пару недель назад совершенно ужасающий случай произошел в Гватемале на встрече команд третьего дивизиона в Чикимуле. Местный одноименный клуб принимал "Нуэво Виньяс". По ходу матча над городом разразился ураган огромной разрушительной силы. Казалось бы, играть в таких условиях было невозможно, но поскольку дело происходило во втором тайме, судья, сначала остановив игру, после совещания с официальными представителями решил все-таки довести до конца оставшийся отрезок. Едва он это сделал, как мощнейшая молния поразила металлическое заграждение, опоясывающее трибуны. В результате поле, размокшее от влаги, превратилось в некое подобие гигантской электроплиты. Около дюжины игроков получили сильный разряд электротока. Большинство из них оклемались, но для двоих — 16-летнего Росбина Юмана и 24-летнего Лестера Марриокина — такая шутка с силами природы привела к летальному исходу.

ЭПИДЕМИЯ ПРИСТУПОВ В РУМЫНИИ

В 1993 году трагичный случай произошел в германской бундеслиге: во время матча за свой клуб "Байер" (Юрдинген) инфаркт поразил 34-летнего румынского защитника Михаэля Кляйна. Откачать его так и не удалось. Кляйн имел один из лучших показателей по числу выступлений за сборную Румынии (89).

Двадцатью годами ранее испанская лига несколько опрометчиво назначила матч "Севильи" и "Понтеведры" на первый же день нового, 1973 года. И в нем была зафиксирована гибель футболиста — 27-летнего полузащитника "Севильи" Педро Берруэсо. Через пять минут после перерыва он упал на траву и не смог подняться. Попытки врача привести его в чувство не удались.

В официальном бюллетене утверждалось, что причиной смерти стал сердечный приступ. Однако газеты считали иначе: они обвиняли руководство клуба в нежелании считаться со здоровьем игроков. Ровно месяц назад, как выяснило журналистское расследование, Берруэсо уже терял сознание во время матча, но причины того несчастного случая были признаны не заслуживающими внимания. С тех пор в Испании 1 января встречи чемпионата не проводят.

Подобные случаи особенно часто происходят в Африке, чему способствуют жара, неважное физическое состояние футболистов и зачастую отсутствие медицинской помощи. В апреле нынешнего года, к примеру, в Мали прямо во время матча первого дивизиона скончался игрок местного армейского клуба Сулейман Диаките. Сердечный приступ настиг его как раз в тот момент, когда он владел мячом.

В Европе же бесспорным "лидером" по этой части является Румыния, где футбольные смерти превратились в настоящую "эпидемию". Когда за год с небольшим в не очень большой стране умирают четыре с виду здоровых, полных сил футболиста, есть повод призадуматься и, по крайней мере, попытаться найти закономерность. Но власти не только обходят таинственную череду смертей молчанием, но и саботируют исследования, касающиеся ее.

То ли здесь не обходится без участия духа графа Дракулы, то ли еще что, но в Румынии стало страшно играть в футбол. Самым известным трагическим случаем стала смерть в конце прошлого года 24-летнего футболиста сборной Румынии, участника Евро-2000 Каталина Халдана, который скончался по дороге в госпиталь после того, как перенес церебральный приступ во время товарищеской игры за бухарестское "Динамо".

Похожим образом оборвалась жизнь полузащитника "Астры" (Плоешти) Штефана Врабиору — его тоже не успели довезти в больницу, когда он упал и потерял сознание спустя считанные минуты, после того как впервые вышел на поле в матче первого дивизиона с бухарестским "Рапидом".

Еще двое — это 18-летний Даниэл Орбяну, игрок третьего дивизиона, у которого простая травма лодыжки развилась в непонятную и летальную инфекцию, и 15-летний Даниэл Стойка, юниор бухарестского "Динамо", не переживший приступ, приключившийся с ним во время тренировки.

Родственники жертв сходятся на том, что череда смертей симптоматична для того ужасного состояния, в котором находится румынский футбол. Страна сейчас еще беднее, чем была при падении коммунизма в 1989 году. Денег клубам не хватает на самое элементарное. "Столкнувшись волею несчастного случая вплотную с системой в нашем футболе, я был поражен, насколько она пронизана непрофессионализмом, радением только за собственную шкуру и круговой порукой", — говорит Флорин Гицеян, адвокат семьи Халдана.

Ион Драган, президент национальной антидопинговой комиссии, заявил в феврале о сворачивании исследования четырех смертей, потому что "мы не смогли найти причин этих трагедий".

Каким же должен быть уровень медицины в стране, если банальные происшествия, которые, по идее, не должны приводить к летальному исходу, тем не менее приводят к нему, и этой мистерии не находится объяснения?

Врача "Астры" вообще не было на стадионе, когда трагедия произошла с Врабиору. За это его дисквалифицировали пожизненно. Его коллега из "Рапида" не смог оказать ему помощь, и ему сначала дали пять лет дисквалификации. Потом реабилитировали, после того как местные медицинские власти ограничились лишь предупреждением в его адрес. Врачебная комиссия констатировала, что жизнь Врабиору можно было бы спасти, если бы вовремя нашлись нужные средства.

12 "ГОЛОВ" В ВОРОТА ЭСКОБАРА

Американский континент с взрывным и диким темпераментом его жителей специализируется на насильственных смертях. Особняком конечно же стоит Колумбия, где убить человека — все равно что комара шлепнуть.

Жуткий и самый известный случай произошел во время чемпионата мира 1994 года. 33-я минута матча с США оказалась роковой для ведущего защитника сборной Колумбии Андреса Эскобара. Пытаясь прервать фланговую передачу Джона Харкса, колумбийский защитник срезал мяч в свои ворота. Нелепый автогол, окончательно выписавший колумбийцам досрочные билеты домой, сделал Эскобара врагом нации.

2 июля, спустя десять дней после того рокового момента, он был застрелен в пригороде Медельина. Эскобар выходил из ресторана и направлялся к своей машине, когда к нему подскочили трое неизвестных. По свидетельству очевидцев, они обвинили футболиста в поражении сборной Колумбии. Затем достали пистолеты и в упор расстреляли Эскобара. Один из убийц при каждом выстреле цинично выкрикивал: "Гол! Гол! Гол!" Потом все трое сели в машину и скрылись. Эскобар же скончался вскоре после того, как был доставлен в одну из больниц Медельина. Из его тела извлекли 12 пуль.